Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

книга

"Желтое на желтом" Алексей Чугунов великолепная зарисовка о жаре

Жёлтое на жёлтом
Жара – говорите вы! Не продохнуть, якобы!.. Яичницу можно жарить на солнцепёке, в обязательном порядке – с сальцем и помидорками. И квинтэссенция чего-то изнывающего, хлюпающего. И да, пинты пота. Супрематизм в квадрате, то есть, в круге. Жёлтое – на жёлтом. И небо озолотилось, похоже. И видно, как сквозь бордовые шторы шатаются, будто пьяные, ветки вишни… или сакуры за окном, во дворе.
Пусть будет сакура – гораздо поэтичнее, забористее. И гордый сёгун, хотя нет, это где-то было… его пропустим! Ложечкой чайной стоит взмахнуть повыше, на два сантиметра выше обычного, изобразив некий пируэт. Ну, разумеется – жара! А я её боготворю, жару эту самую. В её первозданном виде, в её резкой безапелляционной форме, как иное бытие.

Вновь пошли, разбежались круги от центра в фарфоровой чашке, в чае с чабрецом: спиралевидные, синусоидные, и само собой – лживые. Ведь пару кубиков рафинада никто не кидал в чашку. Никто не подслащивал напиток. И он по своему температурному состоянию далеко не горячий и не тёплый. А тут жара! Пахнет дольками перезрелого лимона. Вы чувствуете? А лимона нет и не могло быть, так как жара! Пекло!

Кстати и аутентичные попугаи разговорились – сплетничают, сидя на жёрдочке, в клетке, на подоконнике. У стены-окна. Хрипят как старые виниловые пластинки. Трясут своими хвостами, взъерошенными гребнями как на дискотеке, на танцплощадке, в рок-клубе. Подпрыгивают. Хорошо бы ляпнуть им что-нибудь на птичьем языке. Авось приняли бы за свойского человека, то есть, за попугая. Но жара не позволит такого своеволия.

И всё-таки погодка какая-то вялотекущая и неосмысленная, перетекающая из одного привычного штампа в другой, в результате всё равно выходит целое кукурузное поле, которому нет конца и края. Там, на дворе, точнее, дальше двора, через тополиную просеку, через молчаливую и давно не журчащую речку-сон. И висит над речкой-рекой жёлтой грушей и жёлтым блином скомканный, спрессованный воздух. Иногда, если ему захочется, если вдумается, начинает лавировать потихонечку в сторону солнца… или наоборот подальше от него. Ветер-сирокко подскажет.


И всё-таки жара, чего нельзя не учитывать. Сумбур случается в извилинах долго думающих. И сакура машет руками-ветками за окном, или же вишня? И гордый сёгун, которого здесь нет, ехидно посмеивается, слушая скрипучие птичьи переливы, что сидят на жёрдочке, в клетке, на подоконнике. Птицы что-то там балаболят, ну да – сплетничают. И съесть бы пару перепелиных яиц, сваренных вкрутую. И разгоним, таким образом, сонливую хандру, избыточный катарсис. Уникальнейшее средство, прошу заметить. А она – хандра, и прочие психические унифицированные конфигурации наших ощущений, стало быть, имеют привычку заявляться именно в жаркий июль или июнь, в предосенний август? А какая, собственно, разница? Лето же! Самонадеянное, каноническое и жадное… Пыхнет жёлтым глазом, щёлкнет… ну, что там у него, и пошло-поехало. Градусники, которые висят на улице, взрываются на потеху… ну, кому там… чертовски весело. Вода в садовой бочке кипит. Асфальт плавится. Бетон тает как мороженое. Комары по ночам пикируют на жертву, как самолёты-истребители. Изящно! И празднично как на венецианском карнавале.

Эх, пойду-ка посижу в холодильнике. Но имейте в виду, жару, ту самую – летнюю… в общем, я в ней души не чаю. Но в данную минуту отдохну лучше в холодильнике.
https://istokirb.ru/articles/%D1%8E%D0%BC%D0%BE%D1%80/2021-07-21/zhyoltoe-na-zhyoltom-2427068

Автор: Алексей Чугунов
книга

О фильме "Жертвоприношение" Тарковского.

Егор Окунев "прогрессивный человек этот Апокалипсис приближает самостоятельно, заменив духовный мир на материальный. И весь технический прогресс идет к разрушению мира, как говорит Александр: «мы используем микроскоп, как дубинку». Просматривая книгу с изображениями икон, Александр говорит о том, что все это утрачено, а мы забыли, как молиться. И еще, люди разговаривают, воспроизводят километры слов, вытекающих в никуда, и это никак не помогает – ведь слова не производят действия. Застывшая стагнация Александра сейчас – это переход от актера (человек действия) к критику, который слишком много говорит, но ничего не делает"
https://istokirb.ru/articles/%D0%BA%D0%B8%D0%BD%D0%BE/2021-07-21/lyubimoe-kino-zhertvoprinoshenie-1986-g-2426801
книга

Алексей Александров стих

***
Города стоят у большой воды, Наливают маленькую в стаканы. Подожди немного, уснешь и ты
На свободной лавочке под каштаном.

Города плывут прямо над тобой, Словно сахар тают в горячем чае. Зарастает память густой травой, Жернова истории измельчают.

Подожди немного, и ты уснешь, Полетишь как в детстве, едва касаясь Той земли, где ждут тебя мудрый еж
И ночная птица, и лунный заяц.

Алексей Александров

книга

Инста-вральность

Каждые полгода в трендах новая соцсеть - всё примитивнее и примитивнее, и ещё - электронные девушки не выходят в реал:
Девушка шрёдингера: она как бы есть, но в реальности её встретить невозможно.И ты никогда не узнаешь, действительно ли она досихпор сидит у себя дома, или же *бучие тиктоки за неё выкладывает нейросеть.
Не то чтобы я хотел лезть в политику, но что такое девушка? Успокойся, их не существует, это всё сэшэа напридумывали
Дальнейшая виртуализация и рост психических отклонений на этом фоне. Сейчас не заметных, но чуть позднее, когда все эти обитатели интернета перейдут в тот самый режим выживания, что их родители когда-то.
был квай, был лайк, был мьюзикли, есть тик ток. что дальше? жопа с функцией чайник?А ведь раньше был Vine, где выкладывали 8-секундые видео.
Жопа с функцией чайник существует в любой соцсети -. ну как сказать... оно уже есть. Выбираешь тему, ака температуру, пишешь комментарий и ждёшь нагрева. Главное- не переборщить с теплом, а то сверх новую создашь.
Помню тоже думала об этом.. Даже картинка была, в ряд готки, эмо, ска, панкухи, потом ванильки и типа swag были, на этом ряд ззаканчивался и у меня был ступор, что же придумают дальше? А оно вон как обернулось... Как был кринж, так и остался)) Только теперь еще более претенциозный, чем когда-либо.Похоже, эпоха мета-модернизма прошла, а мы вступили в эпоху пост-мета-модернизма. Или, правильнее будет сказать вляпались.

Алика Рикки
Фальшивое хюгге А вот еще про инстадев. После случая, когда одну стайл-инста-блогершу, красиво снимавшую свой красивый домик и любящего мужа, этот дебильноватый муж убил и выбросил в лесу, меня как-то вынесло на другие красивые инсты. Сейчас я уже не смогу найти куда. Но там была по тэгу прямо подборка красивых утренних фото - я, моя постель, мои ноги, мой кофе, мои книжки, мои круассаны. Все это было у разных дев - кто-то просто своей жизнью хвастался, кто-то косметику толкал, кто-то учил жизни или зарабатывать инстаграмом, но объединяло их всех, что они показывали - вот у меня такая красивая беззаботная жизнь, я успеваю все - и миллионы зарабатывать и валяться с кофе поутру. Я смотрела на фото - прекрасное чувство всех этих хюгге и лагомов. А потом набрела на фотографиню, которая их учит эти фото снимать. И с большим интересом посмотрела ее видео - как она в пустой какой-то бетонной комнатушке с трубами организует съемки, собирает натюрморты, ставит свет. И как разбирает фото у дев - куда правило третей применить, где что сдвинуть, где добавить хюггного. А когда вернулась в подборку дев с красивой жизнью, у меня вдруг перескочило восприятие. Прямо как выключатель повернули. Я вдруг поняла, что ни одна из них на самом деле не провела такое утро - с кофе в постели, с книгами и круассанами! Фотографиня все рассказала по шагам и я теперь не могла это развидеть! Надо встать рано, когда хорошее солнце, нужно собрать весь антураж, кучу предметов. Найти место под окном, куда светит вниз солнце, и там начать делать воображаемый мир. Кинуть простыню прямо на пол, подушку в угол кадра, взять свою вязаную кофту или свитер, сложить, чтобы рукавов не видно было и так вокруг кадра обвить, чтобы казалось, что там красивый вязаный плед. Или коврик меховой из икеи пристроить. Потом ставить подносы, укладывать огоньки китайские, цветочки бросить. Навести чашку холодного растворимого кофе, чтобы покоричневее было. Положить круассаны на тарелку, сменить на маффины. Попробовать дунаты с розовой обливкой. Добавит книжку открытую. Убрать книжку, положить блокнот и ручку. У брать поднос, положить раскрытую книжку и кофе на нее поставить, как на подносик. Прыгать вокруг и снимать. Убирать детали, добавлять детали. Протягивать руку и класть на книжку или обнимать кружку. Сесть наискосок и протянуть через кадр голые ноги. Сменить на ноги в пижаме, сменить на ноги в толстых носках. Солнце передвинулось - передвинуть простыню на полу. Попробовать другой свитер в качестве пледа. Оторвать бумажку и положить под книжку. Сменить книжку на более старую, чтобы страницы приятно желтели от края. Еще передвинуться за солнцем. Стало видно фон неубранной комнаты. Притащить кусок фанеры, покрашенной под беленую стенку, прислонить к стулу, сделать вид, что это стена. Ну и так далее. Скакать так все утро, делая кадры то так то эдак. Попробовать сесть у окна, задумчиво держа чашку с кофе, все остальное поставить на передний план, сделать погруженную в себя счастливую улыбку. Снять пижамные штаны, надеть свитер, натянуть рукава на пальцы, голые ноги переплести, подправить макияж, тщательно уложенные волосы еще раз уложить, вытянуть прядку на глаза - ах, я такая внезапная и нечесанная с утра... И написать пост - вот мое безмятежное утро, я пью кофе и читаю Ницше- а как перезаряжаетесь вы? И ни одна из них, ни одна! - в это утро не сидела у окна с круассанами и кофе, не читала в постели, не писала планы в буллит-журнале. Не было вот этого ленивого счастливого субботнего утра, никаких фонариков в постели или вязаных пледов. Все они транслировали - вот такая у меня жизнь - и я вас научу тоже. И все они, как мыши в клеточке, носились в это время , перекладывая книжки, которые не читают, круассанами, которые не кусают... И что-то так это меня поразило! Грустно поразило. Потому что профессиональные фотографы для книжек и журналов про хюгге, понятное дело, снимают это придуманное и инсценированное. У них профессиональная задача - снять так завлекательно, чтобы мы захотели такую жизнь. Не торопиться, насладиться субботним солнцем, свежими круассанами, горячим кофе, чтением в постели, шелковистой простыней и мягким пледом. Чтобы мы на самом деле прожили такое утро или жизнь. А инстадевы-то не фотографы на службе! Они, якобы, эту жизнь живут. Вдохновились, увлеклись и устроили такую жизнь в свое удовольствие. Так устроили и работу и досуг, что вот такая красивая жизнь. А на самом деле нет ничего, не было этого дня, этого утра. В кружке холодное пойло, книжка для подставки, простыня - специально для съемок, вместо уютной кровати кусок пола, вместо стенки - фанерка. Вместо реального такого утра - вот этот театр, вральность, мышиная возня... Эти грустные мысли заставили меня пойти и достать красивую чашку для какао, настоящий мягкий плед, обложиться подушками и читать про муми-троллей. Как-то острее я поняла - нужно на самом деле жить жизнью, которая нам нравится на картинках, на самом деле иметь красивые вещи, и на самом деле ими пользоваться. Тишину слушать, на солнечное утро смотреть. Лечиться реальностью от засилья интернет-вральности...

книга

Сомнамбулическое

сомнамбулическое
Бываешь настоящей иногда
Когда уходишь понемногу в космос вместо тебя появляется Бог - он снисходит на улицы
Ночью бредёт
Не боясь
И не зная Земли
Отрешенно
До ближайшей звезды...
А потом возвращаешься ты
И не знаешь откуда ты здесь
И тебе очень странно быть такой той, что есть
Одинокой, полуночной и не спящей.
И куда исчезает тот
Кто был настоящий?
О, стоишь в этом летнем сомнамбулическом трансе,
ощущение будто
оказалась в фильме 60-ых,
где сижу и плачу
под дождем на фоне
красивого ночного города,
а на следующий день я проснусь
новым человеком и пойму,
что жизнь прекрасна.

#galareana #стихименянеоставляют

книга

Ширмуюсь

Ширмуюсь, закрываю рассужденьем
свой недостаток или преступленье:
Жить по своим законам эту жизнь,
Эту любовь. Да, это тяжело,
Как разность лиц и отпечатки пальцев.

Нельзя мне раскрывать всех тайн,
молитв любовных, несвятых прозрений.
Я не хочу запачкать изнутри
Всем вашим потным любопытством
Источник из которого расту.
Я отстраненно, охлажденно,
Грустно, нежно,
Таинственно живу.
Из этого пишу стихи,
Из этого дышу
И даже у свободы
Слова есть запрет
На гнусный шепоток,
На сальный взгляд ,
На пошлый бред.
книга

Билли Новик & Петербургский Джазовый Актив «Я скажу тебе с последней прямотой...» (О.Мандельштам)

"все лишь бредни, шерри-бренди, ангел мой" Осип Мандельштам. В копилочку к статьям про Мандельштамовский трибьют https://galareana.livejournal.com/1262299.html
Вспоминаю как в двухтысячные начался ввод населения в красивую жизнь и в журналах публиковали всякие статьи экспертов-сомелье. Там для иллюстрации бывали картинки - силуэты рюмок с подписью - какая рюмочка, фужер, бокал для чего. И вдруг в Черногории я вижу в докерской домашней столовке сервант с коллекцией разных стеклянных изделий наяву. Наверное хозяйка не хотела забыть квалификацию бармена, кормя чорбой усталых портовых рабочих в желтых комбинезонах. И все эти разнофигурные стеклянные сосуды для порционного употребления алкоголя тоже были подписаны по категориям напитков и глаз мой выхватил слово шерри-бренди. И восхищенная тем что данный продукт существует в реальности, а не только в поэзии, я немедля стала цитировать стихотворные строки "все лишь бредни, шерри-бренди, ангел мой". Хозяйка немедля возникла и сообщила , что "Да-да, есть, можем налить, добре-добре". А день был туманный с перерывами на моросящий дождь и я мужественно кивнула - наливайте! Подумать только я пила поэзию в чистом виде, ибо многие-многие годы "бредни-шерри-бренди" было для меня просто словарным вывертом наподобие дыр-бул-щир. Хотя я знала что "бренди" это "коньяк", производимый не в одноименной провинции. С советских времен помню на этикетке "Злынчев бряг" было написано бренди, болгары видимо соблюдали торговые конвенции в отличие от советских виноделов, которые подписывали свой напиток "коньяк".
книга

Сохраним навсегда Мандельштама, или Музыка возникает из поэзии! Часть первая

Что общего у Мандельштама и Моргенштерна? Кроме случая, который мне рассказали две юные уфимские поэтессы. Дело происходит в баре,Вечер, пятница в угаре,Две возвышенные дамыОбсуждают Мандельштама.
К ним подходит местный парень:
Я вот тоже Моргенштерна уважаю,
Перетрем, я угощаю.
– Нет, нельзя, услышали неверно,
Мандельштама, а не Моргенштерна.
На мягких лапах крадется век-волкодав,
Слушаешь не тех рэперов,
Отвали, чувак.
Осип Эмильевич, милый,
Вас на Земле не забыли!
Таким образом, девочки меня вдохновили, и я поняла, что настало время сделать обзор примечательной вещи, которая случилась еще в январе 2021 года. Был выпущен независимый трибьют-альбом «Сохрани мою речь навсегда» на стихи Осипа Мандельштама, записанный специально к 130-летию поэта!
Ага, какое слово ключевое – независимый, то есть «индепендент» – «инди», не попса, не рок, не джаз, не рэп. А, независимо от жанра, сделали это совсем разные музыканты из любви к стихам великого русского поэта. Можно сказать, Осип Эмильевич прозвучал во всех стилях и направлениях. Не всё мне зашло тогда сразу. Но вот мелодекламация «Не говори никому» под тягучую нагнетающую музыку «Tequilajazzz» завораживает, музыкальный фон магически оттеняет слова, совсем просто произносимые поэтические слова. Магический трек – конец вечности, начало неподвижности, и все в нашем уме. https://www.youtube.com/watch?v=-76hzMcEQvQ
И знаете, Осип Эмильевич на протяжении всего альбома-трибьюта продолжает меня знакомить с необычайно талантливыми и дотоле неизвестными мне музыкантами.
Какой теплый голос и добрый клип у очаровательных MILKOVSKYI на одно из самых известных стихотворений «Только детские книги читать, Только детские думы лелеять...» (О. Мандельштам, 1908). Глубина текста и то, какой уют он создаёт внутри, – невероятно! Прекрасный исполнитель, тембр голоса и мелодичность. Клип душевный и трогательный. https://www.youtube.com/watch?v=VYiSHimdouQ
Еще открытие ZOLOTO – «Я ненавижу свет...» (О. Мандельштам, 1912).
Такой легкий, кружевной джазовый звук. Абсолютно непохоже на предыдущие треки трибьюта.
Я, исчерпав, вернусь:
Там – я любить не мог,
Здесь – я любить боюсь...
А ребята не боятся любить Мандельштама и петь его так, что хочется слушать на повторе в любом настроении, ведь смысл больше чем мы сами.
Хочется сказать спасибо художнику-постановщику клипа за то, как в видео вплетена книга Мандельштама.
https://www.youtube.com/watch?v=cOj8E45ZzdE
Пока что самый большой отклик из проекта у народа встретил Noize MС и не удержусь, процитирую музыканта.
Вот что рассказывает о поэтике Осипа Эмильевича автор самого прослушиваемого трека «Век-волкодав» рэпер Noize MС: «Стихотворение «За гремучую доблесть грядущих веков» написано Мандельштамом в 1931 году и является «ядром» группы стихотворений, получившей название «волчьего» или «каторжного» цикла. Для поэта это – качественно новый этап: удивляет здесь и система образов, навеянная русскими каторжными песнями, и вовсе не характерный для более ранних стихов гражданский пафос – открытый вызов духу нарождающегося времени. Оно выражает стоический выбор автора – остаться человеком в нечеловеческих условиях, пусть даже ценой лишения жизни. Мандельштам не записывал стихов в процессе их создания, он, что называется, «работал с голоса» – и это очень чувствуется в фонетике, в том, как он обращается с размерами. Я постарался представить, какую мелодию таят в себе эти слова сами по себе, и подчеркнуть инструменталом образный ряд стихотворения: сибирские степи, Енисей, песцы, сосны, звёздное небо – что-то такое строгое, мистическое, северное и шаманское. «Век-волкодав» сегодня, 90 лет спустя, слушается до жути современно: в окружающей действительности хватает и «хлипкой грязцы», и «кровавых костей в колесе», да и «чаши на пире отцов» лишиться несложно, поведя за столом разговор «не в ту сторону». В общем, как там у Веры Полозковой: «судя по тому, как нас вертухаи обходят хмуро, и на звук подаются, дрогнув, – скоро снова грянет большая литература и кинематограф». Спев в необычной для себя манере, я постарался и в визуальном плане сделать что-то, что никогда раньше не пробовал – получился такой вот угловатый странный танец. Мне кажется, в этом что-то есть. А вам?»
За месяц почти миллион просмотров.
Кстати, Noize MС ещё в 2017 году обращался к творчеству Осипа Эмильевича и, как сам признается, очень много стихов знает наизусть. https://www.youtube.com/watch?v=0fcfuQRT7gw
Посмотрев множество клипов к альбому-трибьюту, поняла, почему я затеяла писать эту статью сейчас. Мне теперь есть чем завлечь прихотливую современную аудиторию. Альбом вышел еще зимой. Но именно масштабная работа по созданию клипов на музыкальные композиции привлекла внимание более широкой публики. Это явление, господа читатели, слушатели и зрители – вы получаете удивительную возможность прикоснуться ко всем граням материализации поэзии в современном мире.
https://istokirb.ru/articles/grammofon-/2021-06-30/sohranim-navsegda-mandelshtama-ili-muzyka-voznikaet-iz-poezii-chast-pervaya-2392880
https://istokirb.ru/articles/grammofon-/2021-07-14/sohranim-navsegda-mandelshtama-ili-muzyka-voznikaet-iz-poezii-chast-vtoraya-2409662

У газеты новый сайт опять, очень все неустойчиво. Поэтому дублирую в ЖЖ статьи целиком.Вот тут вторая часть :
https://galareana.livejournal.com/1261877.html
книга

Сохраним навсегда Мандельштама, или Музыка возникает из поэзии! Часть вторая

Периодически возникают вопросы. Читают ли современные люди? Что читают? Кого читают? Какую музыку предпочитают современные люди, что слушают и кого слушают? Читают разных авторов, слушают разную музыку. И дают разные ответы. Например, пытливо ищут книги, фильмы и песни определенного типа.
Бывают произведения литературы, пронизанные музыкой, начиная с названия, например, «Крейцерова соната» Толстого или «Любите ли вы Брамса?» Саган. (Может и некстати, но я писала о том, как линию классической музыки воплощает кино, т. е. азиатский кинематограф – про сериалы-дорамы – японская дорама "Ты и я на струне соль" и корейская дорама "Тебе нравится Брамс?". Можете поискать и мою статью на сайте, и сами сериалы. Рекомендую.) Так вот, и в обратном порядке бывает – когда музыкальные произведения вырастают из литературных шедевров, это тоже интересно открывать. Признаюсь, когда я вводила в поисковик запрос «песни на стихи Мандельштама», то ожидала первой увидеть Пугачёву – «Ленинград, Ленинград, я еще не хочу умирать…». В детстве я ничего не знала о биографии Осипа Эмильевича, да, собственно, о многих поэтах Серебряного века не знала: в начальных, средних, да и старших классах их не проходили. И я думала, что эта песня Пугачёвой посвящена Ленинградской блокаде.
Эмоциональный посыл текста этой песни настолько корелировал в моем детском сознании с блокадным дневником Тани Савичевой. Трагических книг о Великой Отечественной войне в эпоху брежневского застоя было больше, намного больше, чем сведений о драматических судьбах поэтов. Да и текстов самих стихов в нашем леспромхозовском поселке было не достать. Поэтому диск-гигант Пугачевой был просветительским. Таким же просветительским становится и альбом-трибьют для некоторой части населения, раз уж в поисковике первой строчкой «песни на стихи Мандельштама» выскакивает неожиданно Леонид Агутин – «Золотистого мёда струя из бутылки текла» / К 130-летию Осипа Мандельштама.

https://www.youtube.com/watch?v=co0MO5AA8qA

Послушала, прониклась музыкой, голосом, терпкой красотой времени так оттенившей этот мандельштамовский стих. Написал музыку и спел зрелый и мудрый человек, многое переживший и понявший уже, что «воспоминание – это единственный рай, из которого нет изгнания». «У меня такое же мироощущение, как у автора, я чувствую его, понимаю. Меня иногда мучают приступы ностальгии и сожаления о том, что это время уже прошло, даже когда оно ещё не прошло, когда я сам его ещё живу, но уже испытываю по нему ностальгию. Мы живём ради наших воспоминаний, потому что всё проходит, а остаются с нами именно они. А в случае Осипа Мандельштама – остаются с нами со всеми», – Леонид Агутин.

И вот я постепенно исследую это явление, когда многие музыканты, которых слушают мои современники, оказывается, читают и вдохновляются моим любимым поэтом. Список личностей довольно обширный, и не могу остановиться, раз начав исследование такого уникального соединения музыкальной современности и поэтической традиции https://istokirb.ru/articles/grammofon-/2021-06-30/sohranim-navsegda-mandelshtama-ili-muzyka-voznikaet-iz-poezii-chast-pervaya-2392880

Конечно же, стало любопытно, как возник такой масштабный проект как альбом-трибьют на стихи Мандельштама, да еще записанный 24 разными исполнителями. Утолить любопытство смогли ответы продюсера Ромы Либерова в телепередаче «Утро» (16 февраля 2021 года) – его спросили, как пришла идея, и он ответил: «Вот так гулял, подумал – что подарить человеку, от которого в большой степени зависит моя жизнь. И подумал – чтобы сделать такого беспрецедентного? Чего никогда не делал и что вряд ли кто сделает? Вот пришла эта обременительная мысль, которая показалась мне совершенно невыполнимой «как я люблю». Я очень люблю невыполнимые задачи, которые непонятно как нужно решить. Всё, а дальше просто рабочий процесс. Придумал что-то такое в августе, а 14 января уже нужно было выпускать. Так действительно-то, удалось почти невозможное – собрать огромное количество музыкантов популярных в нашей стране, и которые действительно сами придумывали музыку на стихи.

Стихотворения мы выбирали по-разному. Кому-то нужна была помощь в выборе и смысловая, и биографическая, справочная… И дальше, дальше. Поиск автографа. Кто-то попадал сразу и самостоятельно. Но все песни были написаны специально для трибьюта. О том, как велась работа с музыкантами? Если отвечать широко – это будет 24 разных истории. А если говорить такими общими словами – это был просто обоюдный рабочий процесс, в большинстве случаев достаточно отзывчивый со стороны артистов. Но, разумеется, в такой сложной и непонятной работе мы были уверены, что создаем что-то для себя – почти андеграундный альбом. Мы не знали, что это будет в чартах. Что у этого будут миллионы слушателей. Я, честно говоря, даже не думал об этом. Работа не ограничится только музыкальным альбомом. На все композиции альбома выйдут оригинальные клипы. Каждый четверг премьера. Так будет со всеми композициями. А дальше, как отменят ограничения, мы проведем большой сборный концерт. Это довольно амбициозное и грандиозное мероприятие. Ещё под таким же названием «Сохрани мою речь навсегда» я делал фотовыставку, как продюсер и куратор, – это была беспрецедентная инсталляция 70 метров в длину из 22-х огромных арок-глав мандельштамовской жизни. Экспозицию я эту делал в Еврейском музее в Москве».

Рома Либеров еще в 2015 году выпустил документальный фильм «Сохрани мою речь навсегда». https://www.youtube.com/watch?v=zT888y9oNfk

Фильм создан на стыке искусств и жанров. Замечательный актёрский подбор. Вместе с голосом Виктора Сухорукова стихи становятся акустически осязаемы! Это чтение стихов надо услышать и замереть от восторга. Как меня восхищала Светлана Крючкова, читая стихи Ахматовой, теперь в моей копилочке, как бесподобный чтец, – актёр Виктор Сухоруков.

Сам Рома Либеров в театре мастерской Петра Фоменко сделал полуторачасовое выступление «Эмоциональная биография Осипа Мандельштама», 23 июля 2016 г. из серии «Неспектакли». https://www.youtube.com/watch?v=_pG2cF3owxo Это блистательная лекция. Очень содержательная, но настолько живая и лёгкая подача сложнейшей творческой жизни, что погружаешься без всякого сопротивления. Чудесный язык изложения о том, что «школы формируются не идеями, а вкусами», и если ваши поэтические вкусы схожи с моими, то вам будет интересно.

У режиссера настолько длительная и обширная погруженность в судьбу и творчество поэта, что он не смог исчерпать материал ни этим фильмом, ни этим «неспектаклем», и появился следующий слой воплощения поэта Мандельштама – музыкальный.

Исследуя материалы про песни на стихи Осипа Эмильевича, я встретила много интереснейшего контента в интернете, и очередной раз поняла, что «культура такая большая, а я такая маленькая». И знаете, меня это так порадовало, порой мы жалуемся на оскудение современной массовой культуры. Но она как океан – если погрузиться в глубину, то можно встретиться с бурной и яркой жизнью, хотя поверхность, украшенная пятнами трендов, может удручать. В глубине океана-интернета я нашла стихи Мандельштама в исполнении самого поэта. Поэтому в клип Александра Маноцкова и «Courage Quartet» – «Сегодня ночью, не солгу...» (О. Мандельштам, 1925) вникала, имея впечатление от голоса и манеры самого Осипа Эмильевича. https://www.youtube.com/watch?v=XkvQLzTRExY Могу сказать, артисты справились на пять с плюсом, а клип мистический и завораживающий, скрипка прихотливо проводит нас через петлю времени – старинные вещи соседствуют с современными. Масса метафорических ассоциаций, также атмосферно наслоены в видеоряде, как и в строчках этого стихотворения.

https://istokirb.ru/articles/grammofon-/2021-07-14/sohranim-navsegda-mandelshtama-ili-muzyka-voznikaet-iz-poezii-chast-vtoraya-2409662


У газеты новый сайт опять, очень все неустойчиво. Поэтому дублирую в ЖЖ статьи целиком. Вот тут первая часть :
https://galareana.livejournal.com/1262299.html
книга

О шорт-листе литературной премии «Большая книга»

Михаил Гундарин
От тайги до далеких морей
О шорт-листе литературной премии «Большая книга»

Говоря о литературных премиях, как-то принимаешь тон спортивного комментатора. Это и неудивительно, ведь в премиальном процессе всегда есть и победители, и проигравшие. Ну и конкуренция между ними! А еще — это так и задумывается, чтобы взбодрить публику. Поэтому скажу следующее: короткий список «Большой книги» в этом году оставил за бортом несколько книг из списка длинного, которые считались потенциальными фаворитами. «Пострадали» и Роман Сенчин, и Анатолий Рубанов. Ожидаемо попал в претенденты на «Большую книгу» Леонид Юзефович с «Филэллином» (о нем я уже писал в «Новом Береге»). Зато мы имеем в шорт-листе БК несколько довольно неожиданных книг — что, несомненно, подогревает читательский интерес. О некоторых их них в сегодняшнем обзоре.

«Вечный зов» со Сталиным и зеками
Виктор Ремизов. Вечная мерзлота. Владивосток, Рубеж, 2020


Как несомненный плюс отметим сам факт попадания в короткий список книги, изданной «далеко от Москвы» — во Владивостоке. Других плюсов не очень много. Огромный роман о сталинской стройке в послевоенной Сибири (приполярная железная дорога), к сожалению, не получился именно с точки зрения эпического размаха, «широкого дыхания». Объем тут играет против автора. «Антисталинская» повестка книгу вытянуть не может — все же не 80-е.

Кстати об истории. В 60–70-х популярен был так называемый «сибирский эпический роман». «Вечный зов» и «Тени исчезают в полдень» А. Иванова. «Сибирь» Г. Маркова, «Судьба» П. Проскурина, «Философский камень» С. Сартакова и так далее. Традиции Толстого и Шолохова с опорой на описание природных красот и достаточно энергичное действие (ну и с прививкой западной «массовой литературой» — простые характеры, увлекательный сюжет, страсть и смерть). Народу эти романы нравились, интеллигенты над ними посмеивались, указывая (справедливо) и на вторичность, и на предсказуемость, и на идеологическую предвзятость.

С идеологией у Ремизова тоже все хорошо. А вот во всем остальном роман Ремизова тем псевдоэпосам проигрывает. Действие течет вяло, да и постоянно замирает — берет паузу на публикацию огромной подборки документов. Цитирующиеся целыми страницами источники (прямо со сносками, все солидно) отбивают всяческую охоту читать дальше. Ну да, у героев книги есть реальные прототипы, исследовательская работа проведена автором большая — но в художественном смысле книгу это крайне утяжелило. Попытка проникнуть во внутренний мир Сталина на уровне «Детей Арбата» выглядит скорее конфузом. Вот так диктатор читает газету: «„В Корее воевали вовсю, КНДР в союзе с Китаем вновь заняли Сеул. Где-то там рядом образовалась, ликовала газета, Коммунистическая партия Камбоджи! Через десять лет ее возглавит человек с именем Пол Пот…” Он отложил газету, отхлебнул остывший чай. Ему все это было уже почти неинтересно, а на планете складывались режимы, похожие на его, основанные на лжи и пропаганде, с несменяемой властью и обманутыми народами».

Ремизов попытался писать в «большом стиле», не имея «большого нарратива», который имели в виду все указанные авторы. У них это было построение социализма или путь от темного прошлого к светлому будущему, наконец, Русский (Сибирский) Путь и т. п. Здесь ничего такого нет. Даже злосчастной стройки как мегамасштабного проекта, как злого умысла Темного Владыки, как символа бессмысленности советского строя нам не показано. Есть исторически верные (даже не сомневаюсь) скучные описания. Есть публицистические высказывания автора. Есть, наконец, грустные истории страдальцев-сидельцев. Они как раз выглядят в книге наиболее живыми.

И получается, что «Мерзлота» исполнена в стиле и жанре «мещанского» романа (по своей природе мелодраматичного, сосредоточенного на мелких личностных проблемах). Плюс наваленные сверху пласты сырого, непроработанного исторического материала. Эпос не получается.

Виктор Ремизов силен в жанре «естественно-политических» повестей из колоритной жизни обитателей окраин страны. За что и был в свое время удостоен литературных наград. Попытка создать роман в стиле «как у Анатолия Иванова, но с бедными зеками и злым Сталиным» ему не удалась, возможно, просто в силу несовпадения с творческим темпераментом. У Гузель Яхиной подобный опыт получился куда лучше: она удачно скрестила дамский и исторический романы. А здесь не «большой стиль» и не «большая книга», но пухлая (почти 900 страниц!) книжка, гроза читателей.

Хороший человек на хорошей Украине
Андрей Дмитриев. Этот берег. М., Время, 2020


Андрей Дмитриев около десяти лет назад собрал множество наград за роман «Крестьянин и тинейджер» (и «Букера», и «Ясную Поляну», и даже Премию Правительства РФ). В короткий список нынешней БК попал его, небольшой по объему, роман «Этот берег».

В нем рассказана обманчиво простая история. Начнем с того, что герой-рассказчик — человек того же поколения, что и автор (перешагнул порог 60-летия), он глубоко образован, начитан, имеет познания в самых разных сферах. Да и вообще, в некотором смысле идеален: он и интеллигентен, и свободолюбив, и рефлексирует красиво, и при этом не слабак какой, готов совершать поступки.

И это простой учитель-пенсионер из глухой провинции? Конечно, такого быть не может; перед нами скорее персонифицированное авторское кредо, показанное и изящно, и нескучно. Упакованное в компактную, привлекательную форму.

Ведь мало того, что неправдоподобен герой, совершенно неправдоподобна и его история. Судите сами: проработавший десятки лет в маленьком провинциальном городе учитель вынужден бежать, будучи заподозренным в интимной связи с ученицей (хотя на самом деле ни сном ни духом). Но машина тоталитарного российского правосудия вкупе с общественным мнением, подстегиваемым ТВ-истерикой, готова пожрать невинного. И только на Украине, оказавшись в помощниках у олигарха Авеля (комендантом его загородной базы) наш герой успокаивается. Обретение статуса сторожа (по сути) его ничуть не смущает. На Украине ему нравится все. И олигарх хорош. И простые селяне. И кухня, к которой он пристрастился. И Киев, лучший город на Земле. Ну и дышится там ему вольнее, чего уж тут скажешь!

На всевозможные инсинуации кулинар-любитель отвечает мягко, но твердо: «Еда и климат Украины сами себя хвалят. О языке?.. Я здесь ни разу, никогда, ни от кого не слышал дурных слов в ответ на мои русские слова, не видел на себе ни одного косого взгляда. Майдан?.. Ну что ж. Я дважды побывал на Майдане, и первый раз — в начале декабря тринадцатого года. Я специально наварил на базе кулеша, даже и не кулеша, а чего-то среднего между традиционным казачьим кулешом и бограчем: такой густой и острый сытный суп… Я привез его «на Владике» к Майдану в двенадцатилитровой кастрюле и передал, кому сказали. Второй раз я там оказался просто так, без повода, перед самым Новым, четырнадцатым, годом. В горячей зябнущей толпе я потоптался вместе с ней, послушал речи и песни, даже сам пытался петь, нечаянно увидел тех, кому когда-то передал кулеш, — они вернули мне кастрюлю вымытой, и это на меня, не скрою, произвело впечатление…»

И все бы ничего, да зашевелилась в России группа вербовщиков, загоняющая людей воевать на Донбасс. И наш герой мчится обратно, чтобы помочь одурманенным… На том и точка.

Собственно, нарочито неправдоподобные коллизии и характеры (а там еще и не такое есть), нужны автору, как полагаю, именно для художественного оформления своего идейно-политического высказывания. Неправдоподобие не означает ложь. Притча, сказка, анекдот тоже неправдоподобны. Но, говоря учительским языком, как дидактический материал они отменны. И здесь мы имеем дело с произведением такого, притчево-дидактического, рода.

Написано, повторюсь, изящно. Беда в том, что обещавшая поначалу много интересного в части наблюдения за характерами, нравами, равно и мыслями нашей эпохи, книга оборачивается неглубокой политической вещью. Согласен ты с автором, или не согласен — неважно; хочется большего.

Жизнь как дизайн
Владимир Паперный. Архив Шульца. М., АСТ, Редакция Елены Шубиной

Владимир Паперный — настоящий гуру культурологии и урбанистики, написавший, собственно, лишь одну большую работу. Но какую — легендарную «Культуру Два», без упоминания которой уже 30 лет не обходится ни один студенческий диплом в этой сфере. Не говоря о серьезных работах исследователей (пусть книгу Паперного сегодня и поругивают, это тоже своеобразная мода — но читают!). Да и сам термин «Культура 2» прописался в дискурсе прочнее некуда. Паперный много лет живет в США, ему сейчас 77, он регулярно выступает с архитектурными и культурологическими заметками и эссе. И вот — написал немаленькую по объему книгу.

Роман ли это? Мемуары? Вечный вопрос. Главный герой (рассказ ведется от третьего лица) носит другое имя — значит уже проза… Но и это неточно. И не очень существенно. Могу только сказать, что в отличие от многих образцов «то ли мемуаров, то ли романа», включая и те, что были в лонг-листе БК, книга Паперного написана твердой рукой, не поддающейся на соблазны сентиментальности, либо наоборот горячего остракизма своих одноклассников (подумаешь, прошло каких-то 65 лет, это не повод их прощать). «Архив Шульца» написан дизайнером, теоретиком и практиком, в этом есть и плюсы, и минусы. Плюс — четкое изложение фактов и интерпретаций что большой, что малой, семейной истории. Минус — не всегда понятное читателю внимание к деталям и мелочам.

Итак, много лет живущий в США заглавный Шульц получает коробку с архивными материалами, включая, например, магнитофонные бобины — и понеслось. Прием традиционный. Обстановка, в которой рос герой, тоже. Семья самой корневой советской интеллигенции, родители — столичные деятели искусств; детские воспоминания, потом осмысленные школьные забавы, портом богемная юность. Еврейские родственники с их притчами и воспоминаниями о дореволюционной жизни в местечках. Советский ненавязчивый сервис. Книги и музыка.

В общем, если бы не детали (пусть их даже с избытком), было бы не так интересно. «1 января 1964 года отец подарил ему ежедневник. На серой клеенчатой обложке была выдавлена надпись «Центральный дом литераторов». Каждая из 365 страниц была разлинована. На авантитуле была цветная фотография, но не красивого фасада ЦДЛ с улицы Воровского и даже не унылого фасада, с керамической плиткой телесного цвета, с улицы Герцена. Это была фотография Красной площади, снятой, судя по ракурсу, с Никольской башни. На фотографии виден мавзолей, Сенатская и Спасская башни, чуть левее — Собор Василия Блаженного, а еще левее вдали — высотка на Котельнической, в которой через два года появится кинотеатр «Иллюзион», а еще через год Шуша посмотрит там трогательный шведский фильм «Эльвира Мадиган» с музыкой Моцарта».

Вторая часть истории любопытнее. Тут и архитектурный мир Москвы, и история успеха на архитектурно-дизайнерском поприще в США. Плюс краткие, но емкие характеристики стилевых особенностей «духа эпохи» того или иного времени, у нас или за океаном.

Неизбежную монотонность линейной истории рождения-взросления-старения автор «ломает» вставными новеллами — рассказами от первого лица персонажей книги, то есть свидетелей и участников жизни главного героя. Вроде как отдельный архивный файл, который из добросовестности присовокупляем к другим. Эти новеллы уводят далеко — и в пространстве, и во времени. Иной раз это оправдано больше, иной раз меньше. Пожалуй, автор как настоящий дизайнер иногда увлекается проблемой построения своего «объекта» в ущерб содержанию. Мол, раз архив — монолитного повествования быть не может, но читателя такой довольно наивный «формализм» может скорее смутить.

Открытий в «Архиве Шульца» нет. Особых художественных достижений тоже. Но взгляд автора спокоен и точен. При этом его отличает приятная для читателя ирония и самоирония. И всего этого по нынешним временам довольно, чтобы читать книгу с интересом.
https://istokirb.ru/articles/literaturnik/2021-07-13/ot-taygi-do-dalekih-morey-2402500