galareana (galareana) wrote,
galareana
galareana

Category:

ФОРМУЛА ВЫСТАВКИ: АЛЕВТИНА+АЛЬФИЯ=АКВАРЕЛЬ

Часть первая: Алевтина Мулюкова (упрямая флорентийка)

Как выглядит формула уфимской художественной школы? На данный момент, на промежуток до 31 октября, она воплощается в жизнь при помощи Юношеской библиотеки – там я побывала и отсняла все эти поля, воды и здания от Уфы до Винницы, от Нью-Йорка до Барселоны. Все эти дивные места изображены на акварелях двух уфимских художниц Алевтины Мулюковой и Альфии Бикбулатовой.

Если честно, я соскучилась по выставкам и другим мероприятиям тоже, поэтому надеть маску и сразу продезинфицировать на входе в библиотеку руки мне не составило труда. «Опытного посетителя сразу видно» – поприветствовала меня любезная библиотекарь Инна Владимировна. Если и вы захотите посмотреть выставку, то адрес прост: г. Уфа, проспект Октября, д. 62\2, «Юношеская библиотека».

А с художницами я встретилась отдельно и взяла у них интервью. Сидели и разговаривали мы долго, поэтому делю нашу беседу на две части.

Мой первый вопрос был: «Зачем художникам нужны выставки?»

Алевтина Мулюкова ответила на него: «Ну, ты же выплескиваешь свои эмоции, свои мысли, которые не можешь передать словами – ты передаёшь это в рисунке на бумаге».

– Это ответ на то зачем нужна живопись, а вот выставка зачем нужна?

– Нам хочется же признания. Это же приятно, когда человек приходит посмотреть на твою выставку. У него там загораются глаза, становится приятно оттого, что он увидел что-то близкое ему. Или, может, наоборот, у него возникают протестные эмоции, глядя на мои работы. И это тоже формирует его жизнь, создаёт будущие его поступки, действия и так далее. Нам это необходимо – нести творчество людям.

– Я думаю прийти на выставку художественную в современном мире это уже поступок. Это уже определенно формирующая будущее черта личности человека, если он ходит по художественным выставкам. Вы упомянули, что библиотекари соскучились по людям – и по обычным, и по творческим. Как вы думаете, на выставку придет целенаправленный или случайный зритель?

– Целенаправленный, я думаю, пойдет в галерею. Никоим образом не в библиотеку.

– А вы знаете, вот, у нас, в связи с ковидом, образовался голод выставочный – полгода ничего не работает, ни галереи, ни музейные залы. Этим летом было очень мало. Я, например, всегда писала обзоры сезонов – уфимские галереи весной и т. д. То есть я брала фотоаппарат и проходила по всем выставочным точкам и просто впечатлениями делилась от сезона, от года – какие темы, мотивы преобладают, что произошло, что стало модно, функционал изменился, или подача. Мы же меняемся за последние годы. Вот, кстати, сколько лет вы занимаетесь живописью и почему именно акварель?

– Во-первых, живописью занимаются все люди, если начинать с детского возраста. Все мы имели краски акварельные, вот эти медовые. Все мы когда-то были художниками. Моя-то история немножко другая – я рисовала не очень, потому что учитель рисования в классе шестом был мужчина и ставил неподъёмные для девочек задачи – нам нужно было рисовать мотоциклы, машины и технику какую-то. Для меня это было так далеко, и я понимала, что у меня ерунда какая-то получается. И меня это задело, а я человек упорный и если не получается, то буду добиваться, чтобы результат был, который устроит меня. Потом я поступила в педучилище и там тоже такая же история была: у нас были задания, где нужно было нарисовать хохлому и так далее. Я думаю – ну что же я такая дурочка, пойду-ка я в художественную школу. Я поступила в художественную школу, тогда она была ещё на Белякова. У нас какое-то время Александр Буганин вёл занятия. Проучилась 4 года и закончила, кстати, с отличием. На какое-то время я оставила рисование и, окончив педучилище, я пошла работать в детский сад воспитателем, сделала свой выпуск первый. И мама мне говорит: «Доченька, надо высшее образование получать». Я говорю: «Мам, куда вот я пойду. Воспитателем не хочу, это не моё. Я добросовестно работала, но чувствовала – не моё это! Вот на худграф я пошла бы». Она говорит: «Ну, иди на худграф». И я поступила, отучилась там, после окончания проработала один год в центре детского творчества. Потом меня пригласили в художественную мастерскую, работать с камнем: я десять лет посвятила флорентийской мозаике.

– Вы можете сказать, где эта флорентийская мозаика в Уфе использовалась. Может, внутри каких-то дворцов культуры?

– В татарском театре «Нур» большое оформление – там 92 квадратных метра флорентийской мозаики, это центральное панно – там использовался камень полудрагоценный и поделочный. Там яшма, мрамор, лазурит, тигровый глаз… Два года в мастерской по эскизам художника делали это панно, моя лепта там есть. Весь центр этой мозаики выполнен моими руками. И она украшает театр. А к акварели я вернулась спустя несколько лет, я почему-то по ней соскучилась, я время от времени писала маслом. Опять-таки сыграла роль черта, что если у меня не получается, надо добиться результата, который бы меня устраивал. То есть акварелью писать сложно, потому что маслом, если ты видишь ошибки, можно убрать их, соскрести мастихином пока не высохло. Можно переписать работу заново, совсем по-другому. С акварелью история другая. В акварели сложно исправлять ошибки, если подсохла краска невозможно фактически исправить. Пока лист сырой, бумага сырая, ты что-то ещё можешь сделать, если нет, то нет.

– Акварель как джазовая импровизация: живёт, пока играешь.

– Вот именно. Техника сложная. И потом в акварели нужно добиться такой прозрачности: бумага должна просвечивать через слои акварели. Тогда работа какой-то свет излучает. Есть корпусные краски укрывные, гуашью можно писать ту же самую картину. Но если написать солнечный свет гуашью и акварелью, совсем по-разному будет смотреться. Акварель дает легкость. Акварель это мой учитель, я у неё учусь, она меня учит чему-то постоянно. Бывают какие-то потеки, краска потекла не туда и начинаешь думать быстренько, как бы это обыграть. Такие вот вещи преподаёт акварель.

– Какие вещи вас больше всего привлекает рисовать?

– Мне больше всего интересны городские пейзажи. Суета какая-то или наоборот тихие европейские улочки. Этим летом мы вдвоем стали на пленэр ходить – старые дома рисовать, потому что их сносят. Вот совсем недавно на ул. Электрификации мы успели написать дом старый, его снесли через неделю. Мы успели выхватить вот этот пейзаж.

– В общем, ваши акварели станут ещё и машиной времени для Уфы.

Когда я фотографировала художницу Алевтину Мулюкову, то, глядя на серию ее фотопортретов, вдруг поняла, что она сама похожа на флорентийку с полотен кватроченто, на лица эпохи итальянского ренессанса. И акварель ее отточена как фрески, так искусство перетекает в художника и наоборот. И в зрителя, несомненно, перетекает, ибо пытаясь найти эпитеты к её живописи, я заново посмотрела почему-то картины Каналетто, наверное, оттого что городской европейский пейзаж у меня плотно с ним ассоциируется, но всё-таки фрески Мазаччо (точнее, пейзажи, на фоне которых нарисованы люди) чем-то неуловимым близки Мулюковским акварелям, по собранности и выверенности, строгости цвета…


https://istokirb.ru/articles/%D1%85%D1%83%D0%B4%D0%BE%D0%B6%D0%BD%D0%B8%D0%BA%D0%B8/Formula-vistavki-Alevtina-Alfiya-Akvarel-499720/?fbclid=IwAR0Q0nXuiuAj1bmRuORG71-KvexvIfp-yb0-Qi4OQSGh6v5G9PyO4zmMQco
ссылка на фотоальбом работ https://istokirb.ru/gallery/vystavkaalevtinymulyukovoyialfiibikbulatovoyakvarelnayaosen2020gfotogalariny/
Tags: газета "Истоки", искусство, красота, культпоход
Subscribe

Posts from This Journal “газета "Истоки"” Tag

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments