galareana (galareana) wrote,
galareana
galareana

Categories:

Средневековье закончилось? ( человечество - от катастрофы к катастрофе)

Довольно интересная теория социального развития - беседа с Георгием Дерлугьяном. О том что печально для мира в котором марксизм заменился фундаментализмом и почему. Целиком по ссылочке.
https://expert.ru/selection/2018/02/kapitalizm-dlya-vseh/?fbclid=IwAR3ig-4jrRg2iXDLYYaY73clBtO5VwMFWC05MrXjiOXT8AUiocAjhQLbpQA
-- В пятидесятые годы XX века средневековье закончилось для восьмидесяти процентов человечества. Если бы вы приехали в Египет еще в тридцатые-сороковые годы, то убедились бы: стиль жизни и технология села мало отличались от Древнего Египта. В Китае то же самое. Да, в общем, и в русской деревне в тридцатые годы избы, за исключением разве что стекол в окнах, мало чем отличались от средневекового жилища. В пятидесятые годы в эти деревни Египта, Ирака, Китая пришли телеграф, электричество, асфальтированная дорога. Там появилась современная клиника или поликлиника. Люди начали лучше жить, питаться. Возник демографический взрыв. И одновременно возник спрос на труд в городах, и масса населения идет в города.

Что это за масса? Возьмите советскую индустриализацию. Нужны миллионы мужчин и женщин, чтобы строить метрополитен и "магнитки". Было бы лучше, если бы они пришли на время своего самого продуктивного возраста, а потом ушли обратно в село. Но это не удается. Я смотрел данные социального состава Красной Пресни в 1905 году. Так вот, восемьдесят процентов живших там мужчин были пришлые, из сел, шестьдесят процентов не женаты. Жили очень бедно, никто не мог себе позволить иметь семью, поэтому снимали углы, жили по восемь-десять человек в комнате. Молодая, недовольная, взрывоопасная масса -- мужчины, не обремененные семьями. Несколько десятилетий назад эта ситуация начинает воспроизводиться по всему миру.

-- Но разве в пятидесятые Европе все еще требовался такой поток рабочей силы?

-- А пакистанцев зачем завозили? Рабочая сила требовалась где-то до семидесятых годов, причем дешевая. В общем, то, что мы видим во Франции, -- это восстание окраин, заселенных лимитой. Причем с этой приезжей лимитой не произошло того, что произошло с французской молодежью двумя поколениями раньше. Французы из деревень были ничуть не лучше арабов, но, будучи французами, они добились социального и экономического равноправия. А этим постоянно напоминают, что вы -- дети арабских лимитчиков. И кроме того, действительно, начиная с семидесятых потребность в дешевой рабочей силе исчезла, так как рабочая сила была найдена в Китае.

-- Не кажется ли вам, что сейчас возникает спрос на "новую деревню"? Люди устали от города, от работы в крупных компаниях, не дающих развернуться их личностям. Все более массовым становится желание иметь собственный бизнес. И все это требует и более дисперсной экономики, и более дисперсной структуры расселения. То есть деревня может возродиться в новой форме.

-- Согласен. Я тоже думаю, что к этому идет. Я просто хочу, чтобы вы оценили грандиозность. Тот Лондон, который описывал Диккенс, -- сегодня он существует в мировом масштабе.

-- Как этому можно противостоять?

-- Ответ на этот вопрос дал Генри Форд. Он не был социалистом, а был фашистом по своим убеждениям, но именно он первым ввел в Соединенных Штатах восьмичасовой рабочий день за пять долларов. Учтите, в то же время продавцы нью-йоркских магазинов работали за доллар в неделю. Сегодня мировой капитал вроде бы тоже заинтересован в том, чтобы раздать побольше денег, но не знает как.

- Почему одновременно такой рост фундаментализма по всему миру?

-- Крестьянин очень спокойно относился к своим религиозным воззрениям -- они все совершенно ритуальны. Сам ритм крестьянской жизни задает ежегодный ритуал: Рождество, Пасха, Навруз, Курбан-Байрам -- все умирает и рождается заново. Есть мудрость веков. Этому крестьянину было что сказать своим детям, было что им оставить, было как контролировать этих детей. И вдруг он попадает в город, и его дочка приходит в мини-юбке, а он не знает, что ей сказать: хочется заставить ее ходить в хиджабе. Фундаментализм -- это проявление неуверенности людей, которые начали терять религию. Это городское движение.

-- Эта неуверенность питает агрессию?

-- Как я это объясняю на пальцах своим студентам. Вот представьте, вы чувствуете себя ничтожеством -- вы никто, вы чужие на этом празднике жизни. Вы приходите домой, побили жену, хотя, возможно, очень ее любите, а она вас. Вы пришли домой, сели на стульчик и, как это часто происходит в России с сорокалетними мужиками, просто умерли. Пришли домой -- жить невозможно -- совершили самоубийство. Вы можете напиться водки, пива, уколоться, надышаться чего-нибудь. А может случиться так, что вы вышли на улицу, а там бежит куда-то толпа и кто-то вам кричит: "Слушай, там евреев громят -- побежали с нами". Или вы пошли куда-то в мечеть, в рабочий клуб, в школу, просто на углу где-то собрались, и там какой-то ученый мужик объясняет, почему жизнь такая хреновая.

Если он говорит вам про капиталистов -- это марксист. Но у нас марксистов не осталось -- и это беда, потому что марксист после этого скажет: "Поэтому надо учиться и учиться". Марксисты же были люди эпохи просвещения, они создавали профсоюзы и партии, то есть организованные структуры, которые рассчитаны на долгосрочное действие. Марксистов не осталось. Валлерстайн еще пятнадцать лет назад писал о том, что капиталисты будут очень жалеть о том, что потеряли коммунистов как последний щит. Он оказался совершенно прав, ведь сегодня, когда мы получаем гигантскую люмпенскую массу, единственная и простейшая идеология, которую она может воспринять, -- это фундаментализм. А эта идеология не рассчитана на долгосрочное действие. Никакие коммунисты не говорили, что революция произойдет завтра и сразу настанет рай на земле. А фундаментализм рассчитан на немедленное действие -- взорвем сейчас.

-- Почему?

-- Фундаменталисты гораздо ближе к анархистам. У бен Ладена нет программы. О чем он говорит? Это просто фантастика -- у него даже есть эсхатологическая программа. То есть он не говорит, что наступит конец света, он говорит, что надо бороться за то, чтобы американцы ушли из святых земель ислама, и после этого будем править сами -- хорошие, верящие в моральные устои мужики. А женщины будут ходить в хиджабах, будут рожать детей. Плюс нефть мы будем продавать по справедливой рыночной цене. Все. То есть это такая утопия мужчины, который, возможно, был кулаком на селе, а в городе стал маргиналом. Это очень похоже на крестьянские бунты, но не локальные.

-- Но ведь крестьянские бунты всегда подавлялись. И появлялась новая возможность двигаться вперед.

-- На самом деле происходящее сегодня -- это хуже, чем классический крестьянский бунт, потому что крестьяне могли вернуться к себе в село. У городского маргинала нет и такой возможности.
Tags: альтернативная история, миропонимание, революция, религия, рефлексия, современность, социум
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments