August 1st, 2020

где моя дверь в лето?

Первое августа две тыщи
Двадцатого,
Достоевский переводил Бальзака
"Евгению Гранде"
Однако,
А у меня внутри
Так и не наступило
Лето...
Хотя
Снаружи оно бушевало,
Даже
Плюс тридцать восемь бывало.
Но в эту наружу
Окунулось лишь тело
- варилось, пеклось
Потело, горело...
Душа
Отмороженно грустно
Отмеряла
Часы, минуты, сутки
Темперетурного дисбаланса
И прочие нюансы.
А где же чувства?
Упоения, ликования,
Сбрасывая одежд,
Возрождения надежд.
Есть лишь констатация:
Очень славной травы
Для ходьбы
Босиком,
Очень чистой прохладной воды
В реке между дождями.

Нет этого летнего чувства
Бесконечного упоения вечностью,
Словно священный хорал
Ночных сверчков.
Скоро тёмные ночи августа
И уже созрели розовые яблоки,
Такие розовые,
Как на картине русских художников
Середины двадцатого века:
Пластов, Плахов ли и другие,
Как они их любили...
Таких не найдешь в магазине,
Только в своем саду.
Яблоки эти - символ частности
Из того сверхобщественного века,
Только где потерялась
Моя дверь в персональное лето?

виабушники такие виабушники

"привидите хоть один пример хорошей профессиональной дорамы, а я смогу написать, почему она плоха." - это цитата из отзыва под корейской дорамой, отзыв от фаната японских дорам. Фаны корейских дорам под японскими такого не пишут, даже под плохими японскими дорамами, они их просто не смотрят, им наплевать... А виабушники пытаются быть святее папы римского. Просто никак не могут понять или почувствововать то, что остальные находят в корейских дорамах. Они как некие дальтоники не видят того спектра, который пленяет всех поклонников корейского кино. Причем они почему-то считают если нам, поклонникам корейских сериалов упорно доказывать какие они плохие, мы побежим смотреть японские. Да, я посмотрела некоторые дорамы в нескольких версиях, и выяснилось, что бывает мне не заходит корейская версия, но также это не означает что зайдет японская. Обычно в таком случае заходит таиландская - это я имею в виду "Мальчики краше цветов" - в таиландской мне очень понравилась главная героиня и парни не подкачали( Ваннеса Ву я аж забиасила), в японской версии она была еще хуже кореянки, и парни были страшненькие на мой вкус.
Хотя мне хорошо заходят японские дорамы профориентационные типо "Весны в Осуко" или с чисто японским извратом и чисто японским юмором,как в "Любовной перетасовке" где все поменялись партнерами и только выиграли от этого. Вот больше никто на это римейк из азиатов не снимет, разве что французы рискнут...
То есть то что уникально и специфично я у японцев всегда досматриваю до конца, а вот когда универсальный сюжет с кучей римейков, не очень получается. Либо как в случае с "Мой питомец" было кино -корейская полнометражка с Чан Гым Соком и японский сериал 2003 года с Коюки и Мацумото Джуном, там мне еще психолог-дядечка понравился . Они для меня совсем разные, из разных категорий, это как спортивная гимнастика и художественная, и сравнивать их я отказываюсь. Сериал 2017 года с Шисоном Джуном не зашел.Главный герой хорош, но как то все остальное окружение проваливалось. Ну, не смогла я...

капкан болевых вопросов

Истоки трёх гибельных мыслей, незакрытых гештальтов русского народа – отчетливый нерв спектакля, связывающий его с сегодняшним днём.

Почему побеждённые немцы живут хорошо, а победители русские плохо? – устами 20-летнего героя спрашивает 80-летний ветеран, автор пьесы. Мысль историческая – недавно вздувшаяся гигантским фурункулом на блистательном челе нашей великой Победы.

Почему подлые, лживые, бездушные, жестокие негодяи оказываются на местах, где надо заботиться о других людях? Что за механизм такой отрицательной социальной выбраковки? – вопрос показан ситуацией – дезертир и вор становится председателем, преподнеся лучшего или вообще единственного коня в колхозе первому секретарю райкома (дальше пашут на женщинах). Мысль социальная – до сих пор незакрытая, поэтому гибельная.

«Дальше пашут на женщинах» – уже и кони, то бишь, механизмы появились, а женщины пашут, пьют, курят, не могут детей рожать. Грубиянка и алкоголичка Хадия в своем монологе о том, почему она такая – просто в дрожь вогнала женскую половину зала, да и мужскую тоже. Я в раннем детстве знала женщин такой судьбы, доживавших одинокую жизнь в нашем леспромхозе и рассказывавших совсем прозаично, тихо так, буднично: «В 19 лет отправили лес валить. От поднимания тяжёлых брёвен случилось выпадение матки…»

Женщины так и не вернулись с лесоповала, куда их загнала война. Одиноких, безмужних и бездетных отправляли в войну на зимний лесоповал, а ещё были торфоразработки, тоже страшная вещь. Мы уже внучки героини блистательной Гузяль Маликовой. Но мы так и не вернулись с этого невидимого лесоповала. Потому что одинокие женщины военной поры своим дочерям, племянницам, если дочерей не было, передали этот тип поведения. Поднимать тяжести, потому что больше никто не поднимет. Ни сына, ни мужа не видим. И трактора с горы спускаем сами, не доверяем мужикам, как инвалидам. А ведь уже не одно поколение здоровых мужчин выросло, которым матери и жены не доверяют, лучше сами – жизнью ли, трактором ли управлять, но сами вместо них. Диспропорция – мысль гибельная для биологической и психологической реализации лучшего, что есть в женщине и в мужчине.

Осталось только прооперировать эти гибельные мысли, эти незакрытые гештальты – мои и моего народа.

Сама я справилась только с последним гибельным, женским – я вернулась с лесоповала, я не всё могу. И, «невсемогущая», я не одинока, я доверяю мужчине рядом со мной, я смогла убедить и себя, и его, что он не умственный инвалид, не придурок (самые часто употребляемые эпитеты для взрослых мужчин в нашей стране), у него есть поле деятельности, которое я за него не вспашу. А у меня есть дом и очаг, в котором я поддерживаю тепло и свет, умение каждый день готовить обед не только для себя одной.

Как исправить другие гибельные мысли, я пока не знаю, не могу поделиться опытом работы с исторической памятью и преодолением отрицательной социальной выбраковки. Но благодаря жизненному опыту знаю, что работать надо, и благодаря спектаклю «Между небом и землёй» почувствовала – работать в этом направлении возможно. Ведь чем плохи незакрытые гештальты – они тормозят и искажают, а иногда и блокируют полностью жизнедеятельность. Надо исследовать, надо разжимать бульдожьи челюсти чужих оценок.

Народ в капкане болевых вопросов и ты, как часть его, там же. Можно отсечь часть себя и уехать за море. За морем житьё не худо. Только сколько надо отсечь, чтобы уехать отсюда? Некоторым мизинчик – невелика потеря и уезжают, а некоторым – только сердце вынуть, вот мы и остаемся, и не расстаемся с сердцем, с детством, родом, страной.
https://istokirb.ru/articles/%D0%BD%D0%B0%20%D0%BF%D0%BE%D0%B4%D0%BC%D0%BE%D1%81%D1%82%D0%BA%D0%B0%D1%85%20/teatr-kak-geshtalt/