May 22nd, 2015

Не замолкай

Ты говоришь: Пока,
Не замолкай, детка!
Какая, однако, сентиментальная натура
(хотя не дурак и я не дура).

В любом медяке вижу
Образ луны.
В самом деле «не замолкай»
Самое важное:
 Не детка и гудбай,
Самое-самое «не замолкай»
Не замолкай и ты,
Я так скучаю по теневой
Стороне луны.
Я не слышу твой голос,
Но я слышу тебя, твою кровь
- все вибрации, напряжение,
Всё так слышно в упрямой шее,
В прямой спине,
В отводимом взгляде
- так было надо всё,
Что было делать не надо.

чёрный рыцарь (1)

Тёмный рыцарь
С теневой стороны
С неизученной
Половины меня и луны.

Чёрный рыцарь моего раскаяния:
Щит, как навес от бед,
Меч – не ответ,
Нежности моей меч заржавел и молчит.
Из оружия только щит.

Битв и разговоров лязг
Заменяет лишь отвод глаз.

Встретившись, отведём глаза,
Но от сердца кровь
Отвести нельзя,
От того отчего
Она закипает,
Бьётся вновь в висок
И дрожит рука:
Я говорю «Здравствуй!»
Ты говоришь «Пока…»

чёрный рыцарь (2)

Рыцарь чёрной луны
Очертил четкий круг
- остриём меча или взгляда,
И за грань преступить нельзя,
А так надо:
Надо сердцу и чувству,
И подпитка нужна свежей кровью
Твоему боевому искусству.

сотнесение знания и понимания

В диалоге Платона «Кратил» Сократ, разъясняя имя Гермеса, говорит: «Да ведь это имя, видимо, имеет отношение к слову: он толкователь воли богов - герменевт и вестник, он и вороват, и ловок в речах, он же покровитель рынка, а все эти занятия связаны с властью слова» (Кратил, 408).

Изначально герменевтика - это соотнесение сакрального и профанного знания, осознание события проникновения сакрального мира в профанный.

Если в толковании текста личности автора отводится много, то ты "превращаешься в другого". А это род психагогии.

По Шлейермахеру, возможность такого превращения даёт погружённость в общую жизнь, в целостность.

Для Дильтея «понимание» как интуитивное проникновение в жизнь, как «вживание», «вчувствование», «сопереживание» по отношению к культуре прошлого и вообще культуре является всеобщим мето­дом «наук о духе», противопоставленном «объяснению», применимому в «науках о природе».

Стремление выйти за пределы узкой психологической трактовки индивидуальности и сознания побуди­ло Эдмунда Гуссерля сформулировать основные принципы метода «фе­номенологической редукции», очищающего сознание от индивидуальных характеристик. Вместе с тем поиск твердых оснований вынуждает позд­него Гуссерля обратиться к понятиям «горизонта» и «жизненного мира», сближающим его феноменологию с «философией жизни» Дильтея.

Для Мартина Хайдеггера «жизненный мир» - это прежде всего некая языковая реальность. В языке сокрыт исторический горизонт понимания, который не просто разъясняет нам прошлое, но определяет судьбу языка. Согласно Хайдеггеру, не мы говорим языком, а язык «говорит нами».
http://nandzed.livejournal.com/4945241.html