Моя вода или человек дождя
galareana
(я из вод галилейских
расступившихся под Моисеем до дна,
я из вод не прогнувшихся под стопою Христа)
На воде моей вилами писано:
дождь как часть ДНКа.

Тюльпаны
galareana
припасть бы к водам
как лепесток,
черпать гармонию
как мокрые тюльпаны...

Чучундра и каравеллы
galareana
Рассказ
Любовь – это когда близко. Так близко, что можно разглядеть цвет глаз.
Цвет его глаз был необыкновенный. И весь день об этом думалось. Эпитеты и сопоставления роились в голове.
О влюбленности было невозможно рассказать никому. Лучшая подружка Элька, жена двух мужей и списка теряющегося во тьме неизвестного количества любовников, спросит непременно: «У тебя с ним че-нить было?» Имея в виду близость физическую. Ну, вот как ответить? Так? «Я разглядела цвет его глаз, при моем зрении – это невероятная степень близости. Ближе ко мне не оказывался ни один человек мужского пола вот уже лет одиннадцать».
Да, тогда, помнится, все ездила в сумерках на окошки чужого дома смотреть. Ждала, когда они зажгутся – значит, дома кто-то есть. В то время добрые друзья приняли участие и свели колоритную боязливую Чучундру в тесно-квартирных условиях с повелителем позднозажигающихся окошек. Но про мутную историю тесно-квартирных отношений вспоминать не хотелось. А вот вечерние окошки до сих пор что-то цепляли где-то там внутри, в душе, наверное.
Обладатель прекрасных глаз необычайного цвета имел красивые руки хирурга, при совершенно плотницкой внешности. О красивых руках его – начинала думать, когда иссякал поток сравнений и запас эпитетов для глаз. А еще она думала с гордостью о своей проницательности – с размаху поименовав его внешность почему-то плотницкой, не ошиблась. Он работал в магазине стройматериалов, что-то рассказывал про сайдинг.
В сайдинге Чучундра ничего не понимала, прибивать его было некуда – квартира была даже без балкона. К тому же не ее. Но сильно нуждалась в ремонте – обоям было лет тридцать. Они были дороги престарелой владелице квартиры, как память и повод очередной раз рассказать о том, какой многозначный номер зеленой ручкой на руке у нее был написан, с шести утра очередь занимали, и «в одни руки больше восьми рулонов не давать»!
Да, и вообще, каждая вещь в доме была поводом для истории и подпоркой для памяти.

http://www.istoki-rb.ru/index.php?article=5558
рассказ целиком

?

Log in